fbpx

Губит людей вода: повторение трагедий на Кубани неизбежно

Катастрофические наводнения на Кубани будут повторяться снова и снова. Причиной тому не злой рок, не непредвиденное стечение обстоятельств, а искусственно созданная ситуация.

Возвращение опасности

138 пострадавших, шестеро погибших, 2,3 тысячи подтопленных домов, более шести тысяч человек, которым нанесен материальный ущерб, ‒ это последствия наводнения, которого не ждали. Причиной потопа называют циклон, ливни и даже «выход рек из берегов». Но такие объяснения могут устроить только весьма наивного человека: разве дожди и циклоны неминуемо приводят к катастрофе? А уж выход рек из берегов как причина выхода рек из берегов ‒ смехотворная попытка скрыть истинные причины трагедии. Не менее нелепым видится и тезис о неожиданности: с XVII века Кубань отметилась более чем двумя сотнями катастрофических наводнений и бесчисленными подтоплениями.

Но люди научились бороться с природными явлениями и опасная территория постепенно становилась пригодной для жизни без повышенного риска. С 20-х годов ХХ века на Кубани началось массовое возведение дамб и защитных валов, а с 40-х борьба с высокими паводками и половодьем вышла на новый этап ‒ с помощью строительства водохранилищ. И к 90-м годам проблема разрушительных стоковых наводнений в дельте Кубани была решена.

Однако два катастрофических наводнения 2002 года на юге России, жертвами которых стали десятки людей, показали, что выстроенная система больше не работает.

Годом позже высокопоставленные сотрудники МЧС опубликовали анализ потопов ‒ монографию «Катастрофические наводнения начала XXI века: уроки и выводы». Бесстрастные выводы этой работы звучат как обвинительный приговор власти.

Оказывается, с 1995 года прекращены работы по расчистке рек, дамбы не ремонтировались 20 лет. Более того, дамбы сознательно уничтожались: «Несколько лет назад участок земли в районе поселка Головинка приглянулся мелкому местному начальнику. Но вот беда: дамба пейзаж портила. И ее просто убрали. Приехали грузовики и вывезли дорогостоящий в этих местах гравий. А на этот раз сель прошел по этому участку. Смыло несколько километров путей, а в районе Сочи скопились десятки железнодорожных составов. Еще через несколько дней селевой поток прошел по местечкам Сухая Щель и Широкая Балка. И вновь на месте не оказалось существовавших еще 15 лет назад дамб».

Добавила опасности и деятельность людей, не связанная напрямую с водохозяйственным комплексом: «В конце XX ‒ начале XXI века все большую роль в увеличении частоты и разрушительной силы наводнений стали играть антропогенные факторы. Среди них в первую очередь следует назвать сведение лесов ‒ максимальный поверхностный сток возрастает на 250 – 300 %, и нерациональное ведение сельского хозяйства ‒ в результате снижения инфильтрационных свойств почв резко увеличивается поверхностный сток и интенсивность паводков. Значительный вклад в усиление интенсивности паводков и половодий внесли: продольная распашка склонов, переуплотнение полей при использовании тяжелой техники, переполивы в результате нарушения норм орошения. Примерно втрое увеличился средний ущерб, наносимый паводками на урбанизированных территориях в связи с ростом водонепроницаемых покрытий и застройкой. Существенное увеличение максимального стока связано с хозяйственным освоением пойм, являющихся природными регуляторами стока».

Дополнительными факторами риска названы размещение хозяйственных объектов и жилья там, где это недопустимо, стеснение живого сечения потока рек: «Как правило, пойма равнинных рек слишком широка для того, чтобы оставить ее пустовать. Туда “вылезают” окраины городов (так называемые “заречные” районы), массово появляются дачи, сады, огороды, фермы… Гидрологи настаивают: река просто обязана разливаться, она так устроена. Таковы законы природы, и выход один: не возводить жилья и других строений в местах, заведомо подверженных затоплению».

Президент в курсе

Итак, созданная в советские времена комплексная система защиты от наводнений была снесена к началу «нулевых». И это прекрасно понимают в верхних эшелонах власти.  Доказательством тому служит заявление Владимира Путина, сделанное на совместном заседании Совета Безопасности и президиума Государственного совета в ноябре 2003 года: «Ущерб от наводнений и ураганов, землетрясений и лесных пожаров оценивается в миллиарды рублей. Есть и такие последствия, которые просто невосполнимы, – это гибель людей. Стихия уносит тысячи человеческих жизней, и мы просто обязаны выработать ясную и четкую систему предупредительных мер, защищающих граждан от последствий природных катаклизмов».

Чуть ранее в том же 2003 году Путин продемонстрировал знание еще одного нюанса сложившегося положения: «Надо обратить внимание и на регулирование процессов освоения паводкоопасных территорий. Очень много сейчас неразберихи в застройке. В целом ряде регионов такое освоение идет бесконтрольно и приводит в конечном результате к чрезвычайным ситуациям».

Можно было бы предположить, что после того, как «за дело взялся Президент», ситуация должна кардинально измениться. Но трагедия Крымска в июле 2012 года, когда вода унесла жизни 172 человек, показала, что внимание Путина к проблеме не является залогом ее решения.

Впрочем, за несколько месяцев до этого катастрофического наводнения постановлением Правительства была утверждена федеральная целевая программа «Развитие водохозяйственного комплекса Российской Федерации в 2012-2020 годах», предусматривающая если не наведение былого порядка и восстановление безопасности людей, то, как минимум, системное латание дыр и снижение риска. Программа предусматривала очистку рек, восстановление гидротехнических сооружений, строительство дамб, работы по укреплению берегов. Государство планировало профинансировать программу в объеме 523 млрд рублей. Однако впоследствии сумма сократилась более чем вдвое, до 254 млрд.

Но надежды на то, что пусть и запоздало, но все же принятая программа будет исполнена и защитит людей, не оправдались. И внимание первого лица государства к проблеме ничуть не повлияло на устоявшееся положение вещей. Например, после наводнения в Крымске Путин прямо указал тогдашнему губернатору Краснодарского края Александру Ткачеву: «И самое основное – это ирригационные работы, очистка русла рек и так далее. Вы поактивнее работайте по всему побережью. Мы с вами знаем, что одна из причин [бедствий] – это как раз невнимание к этой сфере деятельности».

Три года спустя выяснилось, что команда президента не выполнена, работы не велись, а имитировались. В итоге картина осталась той же, что была в 2003 году. Из государственного доклада «О состоянии и использовании водных ресурсов в 2016 году» можно узнать: «В связи с недостаточностью или отсутствием сооружений инженерной защиты в зоне риска паводковых затоплений и опасных русловых процессов находятся сотни населенных пунктов, а также несколько сотен тысяч гектаров сельскохозяйственных угодий».

Трагедии продолжатся

«Чему мы научились за десять лет после прежнего наводнения в Крымске? Какие уроки извлекли? Никаких, ‒ с горечью пишет заслуженный деятель науки РФ, директор Института безопасности гидротехнических сооружений Виктор Волосухин, ‒ Строители пренебрегают всеми нормами и правилами, улочки узенькие, теснотища неимоверная, берега застроены, их нет, вода чуть ли не под окнами бежит. Ливневой канализации как не было, так и нет. Речки не чистятся, их устья захламлены, там образуются заторы.

В результате в Краснодарском крае в последние десять лет риск погибнуть при наводнении в 32 раза превышает среднемировой».

«Этот кейс прекрасно иллюстрирует ошибочность восприятия понятий власти и государства как синонимичных. В России сильная власть, которая может позволить себе принимать волюнтаристские решения ‒ как на высшем уровне, так и не уровне муниципалитетов, ‒ говорит ведущий эксперт вашингтонской консалтинговой компании GSA Теодор Карасик, ‒ Универсализм законов легко обходится самовластными решениями, будь то разрешение на строительство у реки или глобальные решения в сфере  экологической политики, игнорирующие мнения ученых и требования законодательства.

Но российское государство, по факту, оказывается слабым ‒ оно не может выполнить свои функции даже в важнейшем аспекте деятельности, в защите жизни граждан. Это кажется парадоксальным, но сила власти оказывается слабостью государства».

Для граждан России это означает только одно: однажды вместе с большой водой может прийти смерть. И причина вовсе не в дождях и циклонах, причина в действиях и бездействии власти.

Фото: Scanpix

Recommended

Судьба «Примосковья» Рано или поздно проблема расширенного «Примосковья» станет намного более серьезной, чем все проблемы отдаленных имперских периферий. Неравномерност...
Время скрести по сусекам Заработает ли в России налог на самозанятых? Есть такое старое русское выражение «скрести по сусекам». Оно пошло из средневековой крестьянской жизн...
Какого преемника хотят россияне?... Россияне ощущают дефицит стабильности, что усиливает желание навести порядок «сильной рукой» В ходе одного из последних опросов «Левада-центра» соц...