fbpx

Чем Россия ответит на выход США из ДРСМД

Максим Старчак о будущем военной политики Кремля после краха ДРСМД

Заявление Трампа о выходе из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) вызвало бурную реакцию в России. Владимир Путин пообещал США «очень быстрый и эффективный» ответ, а заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков заявил, что действия США приведут к ответным мерам военно-технического характера. Сейчас важно понять, о каких мерах может идти речь.

Ненужный Кремлю Договор

Прежде чем предположить, чем может ответить Россия, необходимо отметить, что для России ДРСМД также не представлял особой ценности. Об этом свидетельствуют заявления высшего руководства страны. Так, впервые угроза России выйти из ДРСМД, если США выйдут из Договора об ограничении систем противоракетной обороны (ДПРО), была озвучена Путиным еще в 2000 году в интервью газете Welt am Sonntag. В мае 2007 года бывший на тот момент министром обороны РФ Сергей Иванов заявил, что «России не мешало бы обзавестись ракетами средней и малой дальности хотя бы потому, что они есть у Индии, Пакистана, Кореи, КНР, Ирана и Израиля. Эти страны расположены недалеко от наших границ, и не учитывать этого мы не можем. Только две страны не имеют права обладать этими ракетами: Россия и США. Вечно так продолжаться не может».

После 2014 года негативное отношение к ДРСМД вновь оказалось в тренде. Так, глава комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктор Озеров предлагал в ответ на возможное размещение в Европе американских наземных ракет выйти из договора по РСМД. В октябре 2017 года Путин пообещал, что если США выйдут из ДРСМД, Россия ответит мгновенно и зеркально, а через два месяца заявил, что поставив пусковые системы «Иджис» в Румынии, США фактически вышли из ДРСМД. То есть президент заявил об «ответном выходе» России из этого договора. Заявление Трампа о выходе США из ДРСМД министр иностранных дел Сергей Лавров буднично признал свершившимся фактом, а официальный представитель МИД РФ Мария Захарова заявила, что ДРСМД нуждается в реформировании в соответствии с современными реалиями. Эти заявления говорят о том, что с военной точки зрения Россия не видела в этом договоре ценности.

Потенциал производства БРСД

Вышеизложенное говорит о том, что Россия, судя по всему, готовилась к выходу из ДРСМД. Так, еще в 2007 году Юрий Соломонов, директор и генеральный конструктор Московского института теплотехники (разработчик нескольких советских ракет (РК) средней и меньшей дальности) заявил о технической и промышленной готовности к возможному производству баллистических ракет средней дальности (БРСД). О технологической  готовности скорейшего производства БРСД в это же время говорил и командующий Ракетными войсками стратегического назначения (РВСН) генерал-полковник Николай Соловцов.

Россия вела в этом направлении необходимые разработки, так как ДРСМД не запрещал НИОКР в этой сфере. Итогом стало то, что Россия, скорее всего, как заявляет администрация США, разработала наземный аналог крылатой ракеты «Калибр-НК» дальностью до 2600 км., т.н. 9М729 (SSC-8) в составе ракетного комплекса «Искандер-М». По косвенным данным можно судить, что число РК Искандер-М с КР 9М729 не велико – до 12. Ответом на американских выход из ДРСМД может стать усиленное производство и развертывание данных типов ракет. Хотя количество будет незначительным. По оценкам, до 2027 года Россия сможет поставить на вооружение еще минимум 23 комплекса с ракетой 9М729 (возможно и большее число, если будет отказ в производстве других типов ракет).

Следующим вариантом ответа является ракета РС-26. Однако в связи со сложной экономической ситуацией в России и сокращением оборонного бюджета, программа создания РС-26 на мобильном комплексе не вошла в новую программу вооружений до 2027 года. Но эта же ракета сохранилась в наземной шахтном варианте. Это комплекс «Рубеж» с ракетой «Авангард», малогабаритной МБР с дальностью стрельбы от 2000 до 6000 км. То есть она вполне способна выполнять задачи баллистических ракет средней дальности. Учитывая, что «Авангард» создается на базе РК «Ярс» и будет производиться на одном заводе, можно рассчитывать на производительность в 20 РК в год.

В российском экспертном сообществе есть более амбициозное предложение – создавать новые ракеты средней и меньшей дальности. Например, использовав в качестве базы советскую мобильную баллистическую ракету средней дальности «Пионер». Эта ракета была способна нести три ядерные боевые части индивидуального наведения на дальность от 600 до 5000 км. Сейчас благодаря новым технологиям можно повысить ее точность. Другой вариант предложил неназванный источник в ракетно-космической отрасли –  возобновление производства модернизированной ракеты «Курьер» (это советский проект подвижного грунтового ракетного комплекса с малогабаритной твердотопливной межконтинентальной баллистической ракетой). Моноблочная боевая часть этой ракеты имеет сравнительно небольшую мощность – 150 килотонн, однако это компенсировано достаточно маленьким для этого заряда круговым вероятным отклонением от цели – всего 350 метров. Однако это непредсказуемые траты и как показывает опыт таких программ, как БРПЛ «Булава», РК «Искандер» и др., стоимость серийных образцов подобных комплексов уходит за пределы прогнозов проектировщиков и требует постоянных дополнительных финансовых вливаний. К тому же в России уже существует десять типов боевых ракетных систем, не считая РС-26, Сармат и маневрирующие блоки. Каждый новый еще сильнее обременяет бюджет Минобороны.

Существуют и совсем неоправданные идеи создания баллистических ракет сверхбольшой дальности (до 12 тысяч км.) и сверхмощных ядерных боеголовок (100 мегатонн и выше) на нетрадиционных носителях, например на КР Х-101. Также есть идея разработки противокорабельной БРСД, предназначенной для уничтожения авианосных ударных групп противника на дистанции до 1500-2000 км.

Пока это только идеи, многие из которых нереализуемы из-за нехватки бюджета. Например, при подписании в феврале 2018 года госпрограммы вооружений, рассчитанной до 2027 года, из нее были вычеркнуты РК «Баргузин» и «Рубеж». Однако в условиях отсутствия договоренностей в этой сфере технический ответ России будет только делом времени. Ядерное оружие по-прежнему приоритет российского военного строительства.

Военная доктрина

Крах ДРСМД повлияет и на военную доктрину России. Так, по мнению бывшего начальника Главного штаба РВСН генерал-полковника Виктора Есина, если США после выхода из ДРСМД разместят БРСД в Европе, то России, чтобы эффективно противодействовать новой угрозе, ничего не останется, кроме как перейти к доктрине упреждающего удара. В этом же духе высказался и заместитель председателя Госдумы по международным делам Алексей Чепа.

Если это произойдет, то возможность применения ядерного оружия Россией еще более расширится. Военная доктрина 2014 года, обозначая военной угрозой России создание и развертывание систем ПРО, одной из основных задач впервые стала называть «противодействие попыткам отдельных государств (групп государств) добиться военного превосходства путем развертывания систем стратегической противоракетной обороны». Очевидно, что пункт о противодействии дисбалансу в ракетах средней и меньшей дальности или о возможности упреждающего удара появится в военной доктрине России в будущем. Это значит, что угрозы, провокации и демонстрация ядерного оружия и его носителей станут играть еще более важную и активную роль в российской военной политике.

Как и в случае с ПРО США, Россия давно рассматривала возможность краха ДРСМД и была к этому готова. Научно и технически были подготовлены различные варианты развития ракет средней дальности. Однако пока ядерное производство сдерживается недостатком финансов. Однако если выход США из ДРСМД случится, президент Путин может посчитать, что это достаточный повод для того, чтобы РК «Рубеж» вернулся в обновленную программу вооружений. России останется только разместить новые ракетные комплексы на западных границах страны – в Калининграде, аннексированном Крыму, Мурманской, Калужской, Тверской областях, а возможно и на территориях своих военных партнеров на Ближнем Востоке и Латинской Америке. В таком случае мир приблизится к повторению Карибского кризиса 1962 года.

Фото: Scanpix