fbpx

Единая позиция НАТО по китайско-российской угрозе?

Доцент факультета военных исследований, Королевский колледж Лондона

Доцент школы социальных и политических наук Университета Глазго

Наташа Курт и Марчин Качмарски о позиции НАТО в отношении Москвы и Пекина

Во время президентства Трампа США стали называть Китай и Россию «ревизионистскими державами». При этом Китай удостоился звания стратегического конкурента, а Россия — дестабилизирующей силы. Тем не менее, суть ясна: возможно, США придется вести войну на два фронта, что дает Москве и Пекину дополнительный стимул укреплять свои связи. В Стратегии национальной обороны США за 2018 год говорилось об укреплении НАТО и необходимости «сильной и свободной Европы» для сдерживания России, но президент Трамп при этом ясно давал понять, что союзники должны взять на себя больше ответственности. Это вызывало среди членов НАТО опасения, что США бросают своих союзников.

Однако в 2019 году «роман» администрации Трампа с Путиным закончился, когда США вышли из договора о РСМД, ссылаясь на нарушение Россией своих договорных обязательств. Россия вскоре последовала примеру США, обвинив «партнеров» в том, что те спланировали это заранее.

Европа стала чувствовать себя еще более уязвимо. И тут США заявили о серии санкций против газопровода «Северный поток-2», которые, помимо России, должны были ударить еще и по Германии (президент Байден, по-видимому, отошел от этой политики, сославшись на то, что проект уже был завершен на 90%).

Недавний тур Байдена по Европе представлял собой попытку отойти от непредсказуемой политики его предшественника в отношении России и сформировать единый трансатлантический подход к Китаю посредством структур НАТО и сотрудничества с ЕС. На предыдущем саммите НАТО, который прошел в 2019 году, страны Альянса впервые включили в свой стратегический анализ Китай, признав, что «растущее влияние Китая и его международная политика как открывает возможности, так и представляет проблемы, которые мы должны решать совместно в рамках Альянса». Однако тогда европейские союзники США колебались, не желая называть Китай прямой угрозой.

Саммит НАТО 2021 года увенчался по крайней мере частичным успехом для нового президента США. Была достигнута давняя цель: теперь Китай признали «системной угрозой для международного порядка на основе правил, а также в областях, важных для безопасности США». В Декларации саммита 2021 года, наконец, упомянуто российско-китайское сотрудничество, в частности тот факт, что Китай «участвует в российских военных учениях в евроатлантическом регионе», а также планы модернизации Вооруженных сил Китая. Тем не менее, некоторые в НАТО не спешат называть Китай «угрозой» в том же смысле, что и Россию.

На саммите ЕС-США пошли еще дальше, указав на «элементы сотрудничества, конкуренции и системного соперничества» с Китаем. Обе стороны выразили обеспокоенность насчет «нарушений прав человека в Синьцзяне и Тибете, разрушения автономии и демократического процесса в Гонконге, дезинформационных кампаний и проблем региональной безопасности», а также насчет «ситуации в Восточно- и Южно-Китайском морях». Президент Байден попытался смягчить коммерческий спор Boeing и Airbus, что со стороны США было реакцией на нерыночные практики Китая и попыткой подготовиться к выходу на рынок китайского узкофюзеляжного пассажирского самолета C919.

Однако еще до того, как ЕС и США удалось скоординировать свои позиции для совместного заявления, Россия подтвердила свою поддержку политики Китая. В интервью NBC президент России не только подтвердил, что Россия не считает Китай угрозой. Путин также активно и горячо защищал и пояснял позицию Китая по контролю за нераспространением ядерного оружия, политику в Синьцзяне и в отношении уйгурского меньшинства, а также по отношению к Тайваню. Путин также предположил, что нынешняя политика Запада направлена на «разрушение» отношений между Китаем и Россией. Примерно тогда же посол России в Китае Андрей Денисов в интервью Global Times назвал события в Беларуси и Гонконге примерами «цветных революций», вдохновленных извне, и высказал мнение, что сотрудничество России и Китая в области информационной безопасности было бы идеальным способом борьбы с внешними силами, которые распространяют нежелательную политическую повестку.

Учитывая готовность России «защищать» Китай, теперь основной вопрос состоит в том, как Пекин отреагирует на декларации НАТО и ЕС. Первый шанс продемонстрировать свое недовольство «европейскими лидерами, танцующими под дудку Байдена», может представиться осенью во время российских стратегических учений «Запад-21». В последние три года китайские войска принимали участие в ежегодных демонстрациях силы, устраиваемых Москвой (хотя всегда среди более широкого круга иностранных гостей). С этой точки зрения присутствие китайских войск на учениях 2021 года не станет сюрпризом. Однако по сравнению с другими учениями, которые организуют российские военные округа, сценарии «Запада» часто имеют крайне агрессивную природу, в том числе предполагая использование ядерного оружия.

Соответственно, не так уж удивительно, что Пекин выбрал относительно «безопасный» вариант. Стороны начали переговоры о проведении совместных учений под кодовым названием «Запад/Взаимодействие-21», в ходе которых войска российского Восточного военного округа примут участие в маневрах на территории КНР. Это демонстрирует нежелание Пекина открыто поддерживать российскую агрессивную политику в Европе. По-видимому, Китай не будет повторять совместное участие в морских учениях на Балтике (как в 2017 году), которое в Европе интерпретировали как поддержку Москвы в бряцании оружием. Любое участие Китая в российских учениях «Запад», направленных против НАТО, разумеется, придаст больше веса тем европейским деятелям, которые видят необходимость более тесного трансатлантического сотрудничества по политике в отношении Китая. Такая сдержанность Пекина явно контрастирует с участием России в совместных китайско-российских патрулях бомбардировщиков в районе Японии и Южной Кореи в 2019 и 2020 гг.

Тем не менее, фактом остается то, что даже если бы китайские войска приняли участие в предстоящих российских учениях, направленных против НАТО, это не означало бы автоматического укрепления китайско-российских отношений до уровня практического союза. Во многих случаях то, что выглядит как скоординированная китайско-российская реакция на политику Запада, скорее является совпадением. Например, Россия много говорила о переговорах с Китаем и Индией, цель которых — отойти от платежной системы SWIFT, однако Китай продемонстрировал нежелание предпринимать совместные действия для обхода западных санкций. При этом стоит отметить, что и Россия, и КНР сократили долю долларовой торговли.

Помимо разной степени готовности оказывать реальную (а не только политическую и риторическую) поддержку, между двумя державами остаются потенциальные точки напряженности: например, Арктика, где, несмотря на сотрудничество с Китаем по энергетике, Россия, как и США, не испытывает особого энтузиазма в отношении претензий Китая на статус «околоарктического» государства, а также стремится диверсифицировать свои партнерства в этом регионе. В Южно-Китайском море Россия также пытается найти баланс в отношениях с Китаем и другими партнерами, например с Вьетнамом. «Роснефть» проводила бурение в территориальных водах Вьетнама — в районе, на суверенитет над которым претендует Китай в рамках так называемой «девятипунктирной линии». По состоянию на май 2021 года деятельность во Вьетнаме была передана другой российской государственной нефтяной компании («Зарубежнефть»). Это показывает, что, даже пытаясь сохранить сотрудничество с Вьетнамом, Россия не готова рисковать положением своей основной топливно-энергетической компании на китайском рынке.

В то время как и ЕС, и НАТО бьют тревогу в отношении российской и китайской угрозы, некоторые европейские лидеры неоднократно предлагали сохранить каналы коммуникации с Россией. Например, Германия и Франция призывают к возобновлению саммитов «Россия-ЕС» (в качестве одной из причин называя продолжающееся сближение России и Китая).

Хотя Китай все же был упомянут в финальном коммюнике саммита НАТО, европейские лидеры (в том числе президент Франции и канцлер Германии) быстро подчеркнули, что Альянс не готов рассматривать Китай как такую же угрозу, что и Россия. Если Пекин захочет поддержать эту более благоприятную для него позицию, ему стоило бы сохранять некую дистанцию от агрессивной политики Москвы. Это позволит Китаю продолжать обвинять США в организации «антикитайских крестовых походов», при этом «прощая» европейцев. Пекин отреагировал на коммюнике НАТО с предсказуемым гневом. Однако Китай также подчеркнул свою поддержку европейской интеграции и веру в стратегическую автономию Европы. Это контрастирует с ревностной защитой Китая со стороны России, которая вслед за Китаем назвала Четырехсторонний диалог и Индо-Тихоокеанскую концепцию «разрушительными».

Фото: Scanpix