fbpx

Главная поправка Путина

+ posts

Доцент факультета политических наук Европейского университета в Санкт-Петербурге

Михаил Турченко о том, что не так с поправками в Конституцию и «общероссийским голосованием»

15 января 2020 года в послании Федеральному Собранию Владимир Путин предложил внести изменения в Конституцию. Это дало старт самой масштабной кампании по пересмотру Основного закона с момента его вступления в силу. Через два месяца, 14 марта 2020 года, президентский законопроект под названием «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» был официально опубликован. Перед этим он без сопротивления прошел через Федеральное Собрание и за два дня получил одобрение всех региональных парламентов. Венчать конституционную реформу будет «общероссийское голосование» 1 июля.

20 декабря 2012 года в ходе пресс-конференции представитель газеты «Известия» спросил Путина, считает ли он «авторитарный режим личной власти», построенный в 2000-е гг., жизнеспособным. Ответ Путина на этот вопрос показывает, как нужно воспринимать конституционную реформу 2020 года и «общероссийское голосование», призванное ее легитимировать. Во-первых, Путин не согласился с тем, что выстроенная им система власти носит авторитарный характер, так как он с уважением отнесся к ограничению на число президентских сроков и не пошел на выборы в 2008 году. Во-вторых, он заявил: «Если бы я считал, что тоталитарная или авторитарная система является для нас наиболее предпочтительной, то я бы просто изменил Конституцию, как Вы понимаете, это было легко сделать. Это же не требует даже какого‑то всенародного голосования, достаточно было провести это решение в парламенте».

Из слов Путина следует, что «общероссийское голосование» по изменению Конституции – бессмысленно. А из всех поправок, увеличивающих текст Основного закона на 40%, по-настоящему важна только одна – об «обнулении» президентских сроков.

«Общероссийское голосование» – желание президента

В части 3 статьи 3 Конституции установлено, что власть народа выражается через референдум и свободные выборы. Такого института как «общероссийское голосование» ни в Конституции, ни в российской правовой системе просто нет. Но что более важно – поправки к изменяемым главам 3­–8, как следует из статьи 136 Конституции, принимаются в особом порядке и вступают в силу после их одобрения не менее чем двумя третями региональных парламентов. Необходимую процедуру поправки прошли уже к 14 марта. Поскольку Конституция имеет высшую юридическую силу и никакие российские законы не могут ей противоречить (ч.1 ст.15), то вывод из этого простого силлогизма очевиден – поправки в Конституцию уже вступили в законную силу. Об этом еще 20 марта заявила глава ЦИК Элла Памфилова, подчеркнув, что голосование по поправкам проводится только по воле и желанию президента.

Кроме того, что «общероссийское голосование» не имеет силы, оно будет проходить по правилам, которые сложно контролировать, но легко использовать для злоупотреблений. Впервые в России применяется досрочное голосование вне помещений избиркомов. Дистанционное электронное голосование будет проходить в Нижегородской области и Москве – регионах с почти 10 млн избирателей. Многие избирательные комиссии будут работать с перерывами для «профилактической дезинфицирующей обработки помещений для голосования». При этом контролировать ход плебисцита смогут только наблюдатели от Общественных палат и представители СМИ, но последние – лишь со специальной аккредитацией либо ЦИК России, либо избирательных комиссий регионов.

«Обнуление» сроков – главная поправка

Главная задача конституционной реформы – гарантировать Путину всю полноту власти после 2024 года, когда в очередной раз истечет его второй подряд президентский срок. Судя по всему, Кремль рассматривал несколько сценариев сохранения Путина, но остановился на «обнулении». За это в тексте новой Конституции отвечает часть 3.1 статьи 81, дающая Путину право баллотироваться в президенты в 2024 и 2030 гг.

Продление срока президентских полномочий вместе с отменой каких-либо ограничений на замещение поста главы государства одним и тем же лицом – сценарий простой и популярный. На постсоветском пространстве «обнулялись» президенты Азербайджана (Ильхам Алиев), Беларуси (Александр Лукашенко), Казахстана (Нурсултан Назарбаев), Киргизии (Аскар Акаев), Таджикистана (Эмомали Рахмон), Туркменистана (Сапармурат Ниязов) и Узбекистана (Ислам Каримов). Если брать весь мир, то в 1945-2017 гг. сроки своих полномочий продевали 94 президента.

В случае России «обнуление» президентских сроков противоречит духу Конституции, в части 4 статьи 3 которой сказано: «Никто не может присваивать власть в Российской Федерации». Да, «обнуление» сроков автоматически не делает Путина главой государства до 2036 года, но этот исход неизбежен. Президентские выборы в России проходят в условиях управляемой конкуренции с применением административного ресурса, с принуждением избирателей и с фальсификациями при подсчете. Ожидать, что Путин в таких условиях проиграет и отдаст власть – все равно что в пари о том, потечет ли вода с горы или в гору, выбрать второй вариант. Кроме того, «обнуление» противоречит принципу сменяемости власти, установленному в части 3 статьи 81, накладывающей ограничения на количество президентских сроков для одного лица.

Что в других поправках?

Помимо «обнуления», к важным изменениям Основного закона относится расширение полномочий главы государства за счет Федерального Собрания, правительства и судебной системы. При этом президент, как и прежде, не входит ни в одну из ветвей власти.

В текст Конституции вводятся понятия, содержание которых неясно, и институты, назначение которых неизвестно. Что такое «государствообразующий народ» (ч.1 ст.68)? Что такое «традиционные семейные ценности» (пункт «в» ч.1 ст.114)? Что такое «публичная власть» (пункт «г» ст.71), «единая система публичной власти» (ч.3 ст.132) и «основы публичного правопорядка» (пункт «б» ч.5.1 ст.125)? Для чего нужны «федеральные территории» (ч.1 ст.67)? Чем именно будет заниматься Государственный Совет?

Ряд поправок в Конституцию противоречит другим ее положениям. Часть 2.1 статьи 67, признающая антиконституционными «призывы» к отчуждению территорий, и часть 3 статьи 67.1, запрещающая «умаление значения подвига народа при защите Отечества», противоречат статье 29, гарантирующей свободу мысли и слова. Часть 2 статьи 67.1, («предки» передали нам «идеалы и веру в Бога») противоречит части 1 статьи 14 о светском характере государства. Новая редакция статьи 79 и пункт «б» части 5.1 статьи 125 противоречат части 4 статьи 15, устанавливающей приоритет международных соглашений над национальным правом. Часть 1.1 статьи 131 узаконивает встраивание МСУ в систему органов государственной власти, что противоречит статье 12.

Все «социальные» поправки – чистый популизм. Их содержание дублирует нормы, которые и так есть в российских законах, если не в той же Конституции. Например, норма о ежегодной индексации пенсий есть в законе «О государственном пенсионном обеспечении в РФ» (ст.25), а норма о МРОТ не менее величины прожиточного минимума – в Трудовом кодексе (ст.133) и т.д. Та же история с «патриотическими» поправками, которые не добавляют ничего нового: будь то положение, что «Российская Федерация обеспечивает защиту своего суверенитета и территориальной целостности», которое повторяет часть 3 статьи 4 той же Конституции, или что «Российская Федерация является правопреемником Союза ССР», о чем можно узнать, например, из преамбулы к закону «О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом». Цель «социальных» и «патриотических» поправок – отвлечь внимание граждан от «обнуления» Путина и новой структуры власти в стране, а также дать государственной пропаганде фактуру для продвижения поправок в массы.

Россия – электоральная персоналистская диктатура

«Общероссийское голосование» по поправкам в Конституцию – ненужная пиар-акция, которая дорого обходится Путину. Кампанию по проведению плебисцита прервала пандемия коронавируса, обнажившая нежелание власти помогать гражданам и экономике в объеме близком к тому, на который пошли США и страны Западной Европы. Отсутствие реальной помощи от государства и нерешительность антикризисных мер привели к снижению рейтинга Путина с 69% в феврале до 59% в мае. Нет никаких сомнений, что результат плебисцита – главное, что его волнует прямо сейчас. Но «общероссийское голосование» дорого обойдется и гражданам, которые решат принять в нем участие, так как во многих регионах число случаев заражения коронавирусом продолжает увеличиваться.

Что же до «обнуления» сроков, то вкупе с расширившимися полномочиями это значит, что даже формальной системы сдержек и противовесов единоличному правлению Путина в России больше нет. Процесс превращения страны в электоральную персоналистскую диктатуру можно считать полностью завершенным. И это не все плохие новости. Теперь, когда дорога к фактически пожизненному президентству для Путина свободна (к истечению второго экстра-срока в 2036 году ему будет 83 года), очевидно, что сворачивать с нее он не будет. Но если его популярность продолжит падать, то для достижения «нужных» результатов в 2024 и 2030 гг. Путину может потребоваться еще больший уровень репрессий, чем тот, который когда-либо демонстрировал его режим.