fbpx

Хватит ли ЕС сил на Россию?

Иван Преображенский о том, что ожидать России от нового состава Еврокомиссии

Западная Европа возвращает монополию на руководство Европейским Союзом. Урсула фон дер Ляйен, избранная председателем Еврокомиссии (ЕК), надеется вести диалог с Кремлем с позиции силы. Стоит ли Москве пугаться или у нее не должно возникнуть проблем с новым руководством Евросоюза?

Мать и консерватор

Урсула фон дер Ляйен была утверждена в должности главы ЕК лишь небольшим большинством голосов. Для назначения ей необходимо было заручиться поддержкой как минимум 374 евродепутатов из 747. Она получила всего на девять голосов больше необходимого минимума. Воздержалось 22 человека, а против немецкого министра обороны во главе ЕК проголосовало 327 евродепутатов. Это весьма слабая победа.

Первое качество нового руководства ЕС уже очевидно — это низкая легитимность. К ней, скорее всего, прибавится и слабая поддержка на уровне большинства национальных правительств. Причина в том, что не только Ляйен, но и большинство новых руководителей коллективной «евробюрократии» стали компромиссными фигурами. Лидеры стран-членов ЕС согласовали их в последний момент, когда стало ясно, что прежние кандидаты-фавориты оказались непроходными. Министр обороны ФРГ вообще не числилась среди возможных председателей ЕК, по крайней мере, в прессу ее фамилия не попадала. Однако страны Вышеградской четверки (Венгрия, Польша, Словакия и Чехия) вместе с Италией, чье нынешнее популистское правительство находится в постоянном конфликте с Брюсселем, Берлином и Парижем, заблокировали кандидатуру голландца Тиммерманса. Ранее он жестко отзывался о евроскептиках и на посту главы ЕК вероятно проводил бы политику экономического давления на несогласных и строил бы «Европу двух скоростей», в которой новые страны Евросоюза были бы в числе вечных аутсайдеров.

Главной точкой компромисса стала консерватор и мать семерых детей Урсула фон дер Ляйен. Первая женщина на посту председателя ЕК (что прогрессивно) будет самым консервативным главой Еврокомиссии как минимум за последние пару десятилетий.

Компромиссы и компенсации

Сторговавшись на представительнице немецкого Христианско-демократического союза в качестве руководителя исполнительной власти Евросоюза, лидеры стран-членов ЕС очевидно должны были компенсировать это «левым». В итоге после продолжительных дебатов спикером Европарламента стал итальянский социал-демократ Давид-Мария Сассоли. Его избрание, помимо установления баланса между «левыми» и «правыми» центристами, стало открытым вызовом нынешним итальянским властям, к которым однопартийцы Сассоли находятся в жесткой оппозиции.

Еще одним «балансиром» для консервативной фон дер Ляйен должен быть глава МИД Испании, представитель «левой» Социалистической рабочей партии и бывший спикер Европарламента Жозеп Боррель. Его планируется назначить верховным комиссаром по вопросам внешней политики и политики безопасности, фактическим главой внешнеполитического ведомства ЕС. Пост Борреля — это во многом награда за триумф его партии на выборах в Европарламент. Испанские социалисты, получившие 20 мест из 54 отданных по квоте их стране, стали самой крупной национальной группой в социал-демократической фракции.

Последним ключевым постом, который «делили» одновременно с согласованием будущей главы ЕК, стало кресло председателя Европейского Совета — коллективного органа исполнительной власти, куда входят лидеры стран-членов ЕС. Эту должность в прошлом занимал представитель «востока» Евросоюза — бывший польский премьер Дональд Туск. Однако его преемника не стали выбирать из числа кандидатов от «Вышеградской четверки» или других «молодых» стран Европейского Союза. Диссидентов с «востока» Берлин, Париж и их союзники наказали за несговорчивость в согласовании кандидатуры председателя Еврокомиссии. В итоге пост главы Евросовета отдали Шарлю Мишелю, либералу и бывшему премьер-министру Бельгии, который несколько лет умудрялся находить баланс интересов между фламандскими националистами и франкоговорящими партиями, которые давно разрывают его страну как минимум на две, а может быть и больше частей.

Кремль на прицеле

Если что-то и объединяет новых руководителей Евросоюза, то это их отношение к России. Оно как минимум настороженное. Нынешние лидеры пришли на свои посты в нелегкий момент, когда с Запада на ЕС наседает вовсе не дружелюбный Дональд Трамп, а с Востока давит Владимир Путин, за спиной которого маячит куда более экономически мощный и потому потенциально опасный как конкурент Китай.

Совсем недавно российской делегации вернули право голоса в ПАСЕ, а со стороны руководства многих стран ЕС все чаще звучат предложения подумать о пересмотре санкций в отношении России. Поэтому многие опасались, что новое руководство Евросоюза будет выбрано из числа так называемых «путинферштееров», настроенных на скорейшее восстановление дружбы и сотрудничества с Кремлем. С этой точки зрения многие комментаторы и старались оценить новые назначения.

Получилось все не слишком удачно для России. Самый умеренный в этой компании, пожалуй, бывший бельгийский премьер. В целом Шарль Мишель не был замечен в какой-то публичной активности как в интересах Кремля, так и в лоббировании ужесточения санкций против России. Оно, впрочем, и понятно, бельгийский премьер привык обходить острые углы. Он вряд ли станет публично спорить с Владимиром Путиным о судьбах либерализма, как это недавно делал Дональд Туск. Однако и призывать идти на уступки Кремлю Шарль Мишель вряд ли станет — в связях с российскими лоббистами он замечен не был.

Что касается нового спикера Европарламента Давида-Марии Сассоли, то он вынужден был изложить свой «символ веры» во время дебатов, когда боролся за председательское кресло. Хотя партия Сассоли вполне лояльно в прошлом относилась к России, сам он заявил, что решения о введении санкций против Кремля были правовыми и он не видит оснований для их отмены. Это, конечно, не значит, что именно таким будет его курс на посту спикера ЕП, ведь политики часто забывают о своих предвыборных обещаниях. Однако в целом он вряд ли отойдет от простой установки — санкции вводили руководители стран-членов ЕС, им дальше и решать.

Бывшего главу испанского МИД и вероятного главного европейского дипломата Жозепа Борреля пресса обвиняла в том, что он слишком мягок в отношениях с Москвой. Но тут стоит разделять интересы Испании, куда граждане России инвестируют миллиарды евро, и личные установки нового верховного комиссара ЕС по вопросам внешней политики. Еще будучи спикером Европарламента, после первого украинского Майдана Боррель призывал перейти в отношениях с Кремлем от политики прагматики к морали и защите прав человека, признав, что Москва является угрозой для ЕС. Практически это же он повторил и в 2019 году, назвав Россию «старым противником» Евросоюза. С такими взглядами он вряд ли станет более удобным для Кремля переговорщиком, чем его предшественница Федерика Могерини. Кстати, именно под руководством Борреля окажется и  группа, которая призвана бороться в ЕС с кремлевской пропагандой. Могерини часто обвиняли в том, что она не хочет развивать этот инструмент, так что по взаимодействию Борреля с «антипропагандистами» можно будет и определить его реальные внешнеполитические установки. Пророссийскими они явно не будут, особенно если во главу угла европейской политики «на востоке» снова встанет защита прав человека.

Впрочем, жестче всех о России высказывается Урсула фон дер Ляйен. На посту министра обороны ФРГ она выступала против уступок Кремлю, а накануне голосования в Европарламенте по своей кандидатуре заявила, что с Россией обязательно надо вести диалог, но для этого надо занимать сильную позицию, а не идти на уступки. Этой точки зрения она придерживается и после избрания.

Заявка достаточно четкая и она, возможно, предполагает введение новых санкций, например, за перекрытие доступа украинским кораблям в Азовское море. После захвата российскими пограничниками украинских моряков и кораблей фон дер Ляйен была в числе тех немецких политиков, которые выступали за жесткие ответные меры, вплоть до запрета российским судам заходить в европейские порты.

Это значит, что смягчения позиции Еврокомиссии, а значит, скорее всего, и ЕС, в отношении Кремля в ближайшее время ждать не стоит. Другое дело, что и ужесточения, вероятно, не случится. Одно дело рассуждать о необходимости занять «сильную позицию», совсем другое — реально получить возможность говорить с позиции силы. Вспомним, что главный признак нынешнего руководства Еврокомиссии — низкая легитимность, компромиссность, а значит и неизбежная его слабость.

При таком уровне легитимности фон дер Ляйен вряд ли удастся в ближайшее время провести хоть какие-то спорные решения. В том числе и об ужесточении или введении новых санкций против Кремля. Любое ее предложение будет наталкиваться на сопротивление Италии, стран Вышеградской четверки, «левых» в руководстве ЕС просто по партийному принципу и даже, возможно, ее родной Германии, которая проводит весьма осторожную политику в отношении России. Так что ближайший как минимум год, если не вообще весь срок своего мандата, фон дер Ляйен будет занята внутренними европейскими проблемами, а никак не Кремлем. Разумеется, при условии, что тот сам не напомнит о себе европейцам, ввязавшись в какую-нибудь новую авантюру на границах ЕС.

Фото: Scanpix