fbpx

Индийский гамбит, или как «Роснефть» пытается обойти санкции США против Венесуэлы

Максимилиан Гесс о том, как партнеры «Роснефти» помогают компании избегать санкций, а сотрудничество с Дели может позволить компании продолжить вести бизнес в Венесуэле

В последнее десятилетие «Роснефть» сделала серьезную ставку на Венесуэлу, а глава компании Игорь Сечин стал главным лоббистом сближения Москвы и Каракаса. Государственный нефтяной гигант рассматривает богатые нефтью месторождения Венесуэлы как важный участок расширения деятельности компании. В августе 2017 года Сечин заявлял: «мы никогда оттуда не уйдем. Никто не сможет нас оттуда выгнать. Мы будем работать с Венесуэлой и будем наращивать объемы нашего сотрудничества».

Спустя два года «Роснефть» действительно никуда не ушла, но объемы добычи венесуэльской нефти продолжают падать. Пострадали и совместные предприятия «Роснефти» и венесуэльской государственной нефтяной компании PDVSA, в том числе установка по улучшению нефти «Петромонагас», важность которой трудно переоценить: в ней тяжелая венесуэльская нефть смешивается с более легкой, а полученный продукт более прост в обращении и переработке. Несмотря на эти неудачи, поддержка режима Мадуро со стороны «Роснефти» только возрастает. Компания даже начала поставки Каракасу российской нафты, используемой в качестве растворителя при улучшении нефти, и стала единственным импортером бензина в Венесуэлу.

Однако практически все прочие российско-венесуэльские совместные предприятия потерпели крах на фоне экономического кризиса и американских санкций. Так, российская нефтяная компания «Лукойл» прекратила поставки нафты в Венесуэлу. Опасения «Лукойла» вызвало возможное попадание компании под ужесточившиеся американские санкции. ВТБ и «Газпромбанк» избавились от своих пакетов акций банка «Еврофинанс Моснарбанк» (49,9% капитала банка принадлежат венесуэльскому режиму), передав его российскому государственному агентству «Росимущество». «Газпромбанк» также потерял около $1 млрд из-за провальных инвестиций в Petrozamora. Даже «Ростех», единственная (помимо «Роснефти») крупная российская компания, продолжающая работу в Венесуэле, признает значительные проблемы, которые стоят перед этой страной. Генеральный директор «Ростеха» Сергей Чемезов 16 сентября рассказал РБК, что планы корпорации по постройке в стране двух заводов-долгостроев постоянно сталкиваются с такими проблемами, как отключения электричества и отсутствие запчастей.

Однако «Роснефть» продолжает поддержку PDVSA и венесуэльского режима. Некоторые (как в России, так и на Западе) даже называют Сечина спасителем Каракаса. Поддержка со стороны «Роснефти» осуществляется, несмотря на ужесточение санкций США и постоянные слухи, что Вашингтон намерен усилить санкции против самой компании за поддержку режима Мадуро. Однако в начале августа специальный посланник США в Венесуэле Эллиот Абрамс заявил, что США не планируют ужесточать санкции в отношении «Роснефти», а две недели спустя повторил это заявление.

При этом Абрамс предупредил, что Вашингтону придется подробнее изучить деятельность «Роснефти». Дело в том, что нынешняя тактика компании по работе с венесуэльской нефтью в обход американских санкций не может действовать бесконечно. Компания заявляла, что вся полученная ею венесуэльская сырая нефть приобретена в рамках уже оплаченных соглашений, которые были заключены еще до того, как подобные операции попали под санкции США. Это заявление можно подтвердить, изучив финансовые отчеты «Роснефти». Судя по квартальным отчетам, долги по этим контрактам резко сократились — с $4,6 млрд в конце 2017 года до $1,1 млрд на конец июня этого года.

Можно выделить два важных аспекта. Во-первых, началось погашение кредита на сумму $1,5 млрд, выданного «Роснефтью» PDVSA в конце 2016 года под 49,9% акций американской компании по переработке и реализации нефти CITGO. Высказывались опасения, что «Роснефть» может воспользоваться этой ситуацией, чтобы вмешаться в и без того запутанный конфликт вокруг судьбы CITGO. Такой шаг мог бы вызвать гнев Конгресса США. В любом случае недоверие будет сохраняться, пока кредит не будет полностью выплачен. Однако полное погашение кредита поставит перед «Роснефтью» еще более сложный вопрос: как компания будет продолжать поставки венесуэльской нефти, если больше не сможет получать ее в рамках выплаты долгов?

Вашингтон ясно дал понять, что любое получение от Венесуэлы нефти (кроме как в счет возникших ранее долгов) будет нарушением санкционного режима США. Однако после погашения оставшихся $1,1 млрд долга «Роснефть» может заявить, что дальнейшие поставки нефти представляют собой выплаты накопившихся процентов. «Роснефть» никогда публично не объявляла о ставках выданных кредитов, а также о том, были ли выплаты процентов своевременными, — даже после того, как в мае 2017 года заключила c PDVSA соглашение о рефинансировании долга. Ранее уже звучали заявления, что «Роснефть» нарушает дух, если не букву санкций, однако подобная стратегия была бы гораздо более агрессивной.

Возможно, в активах «Роснефти» и в самом деле имеется крупная сумма невыплаченных Каракасом процентов по кредитам. Однако непонятно, согласится ли Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC, основной американский санкционный орган) с аргументом, что будущие поставки нефти будут осуществляться в счет погашения этих процентов. При этом у «Роснефти», возможно, есть другая стратегия, способная заставить OFAC одобрить продолжающееся и расширяющееся участие компании в поставках венесуэльской нефти. Для этого «Роснефть» может обратиться к еще одному иностранному партнеру.

В последние месяцы «Роснефть» значительно нарастила поставки венесуэльской нефти для индийской компании Nayara Energy. Эта фирма, ранее известная как Essar, контролирует второй крупнейший в Индии нефтеперерабатывающий завод Вадинар. «Роснефть» владеет 49% акций Nayara Energy. Поставки в адрес Nayara являются частью погашения долга PDVSA. Если «Роснефть» будет продолжать такие поставки после полной выплаты долгов со стороны PDVSA, то это станет нарушением американских санкций. Однако есть основания предполагать, что Сечин может попробовать эту методику. Возможно, он попытается продолжать в будущем такие поставки даже после погашения основной суммы долга PDVSA перед «Роснефтью», утверждая, что они представляют собой выплаты процентов по кредитам.

Контроль «Роснефти» за Nayara говорит о том, что компания ранее уже использовала Дели для проверки санкционного режима на прочность. Практически нет сомнений, что «Роснефть» фактически контролирует компанию Nayara, поскольку миноритарным пакетом акций компании владеет российская фирма United Capital Partners (UCP). UCP давно связывают с Кремлем. Директор UCP Илья Щербович, ранее входил в совет директоров «Роснефти». Директор ВТБ Андрей Костин даже рассказал Reuters, что сделка была специально структурирована так, чтобы обойти санкции. Способность «Роснефти» избегать ужесточения санкций США, несмотря на все более широкое признание, что компания в своей деятельности руководствуется скорее политическими, чем экономическими соображениями, во многом объясняется иностранными связями «Роснефти», которые представляют собой своеобразный защитный механизм.

14,2% акций «Роснефти» принадлежит Катару, а еще 19,5% — британской корпорации BP. Любые действия против «Роснефти» ударят также и по прибыли ее иностранных партнеров. Учитывая, что для президента США Дональда Трампа отношения с Индией становятся все более приоритетными, легко предположить, что он может настоять на том, чтобы проигнорировать техническое нарушение санкционного режима. На наших глазах уже создается подобный прецедент: маловероятно, что Турция попадет под санкции за покупку российских комплексов противовоздушной обороны С-400, несмотря на звучавшие ранее из Вашингтона угрозы.

Возможно, Сечин рассматривает Дели как очередную иностранную гарантию против санкций. 17 сентября во время визита в Дели Сечин заявил, что «Роснефть» намерена инвестировать в расширение нефтеперерабатывающего завода Вадинар. Он заявил, что его компания является более надежным поставщиком нефти, чем нынешние партнеры Индии (так он попытался воспользоваться случившейся ранее на той неделе атакой на нефтяные объекты в Саудовской Аравии, которая вызвала сбой поставок нефти). Трамп уже истратил значительный политический капитал, чтобы убедить Индию соблюдать санкционный режим США против иранской нефтяной промышленности. Сечин, вероятно, делает ставку на то, что Трамп не станет делать того же в отношении антивенесуэльских санкций.

Учитывая сколько «Роснефть» вложила в Венесуэлу, компания готова использовать стратегию, сопряженную с высокими рисками. Для Сечина это принципиальный вопрос. Он занимался развитием российско-венесуэльских отношений задолго до того, как встал у руля «Роснефти». Если инвестиции «Роснефти» в Венесуэлу пойдут прахом, то позиции Сечина в кремлевской подковерной борьбе, где он сейчас считается одной из самых грозных сил, могут значительно пошатнуться.

В прошлом году Сечин заявил немецкой газете Frankfurter Allgemeine Zeitung, что не видит проблем с кредитами «Роснефти» в адрес PDVSA. Он также отрицал, что деятельность «Роснефти» в Венесуэле мотивирована политическими соображениями. Хотя кредиты вроде бы действительно выплачиваются, в последнее заявление, мягко говоря, трудно поверить. 11 сентября «Роснефть» опубликовала заявление, в котором настаивала на законности своих инвестиций в Венесуэлу и критиковала «угрозу введения санкций». Однако в этом заявлении впервые прозвучал призыв «Роснефти» к Вашингтону вступить в переговоры о позиции компании.

Вместо того чтобы минимизировать возможные потери России в Венесуэле, Сечин решил повысить ставку. Он делает ставку на то, что убеждения Трампа о политике в отношении Венесуэлы менее стойкие, чем его собственные. Учитывая, что Трампу вообще не везет с казино, а его заявления о Венесуэле не отличаются постоянством, стратегия «Роснефти» по использованию иностранных партнеров в качестве щита от санкционных рисков вполне может позволить Сечину выиграть эту партию.

Фото: Scanpix