fbpx

Итоги «Источника мира»: выиграли все, кроме курдов

Леонид Исаев о том, как Турция и Россия заполняют вакуум после вывода американских войск с севера Сирии 

Анонсированная 9 октября турецкими властями военная операция «Источник мира» продлилась чуть больше недели и завершилась после визита американского вице-президента в Анкару. Окончательную черту подвели переговоры Владимира Путина и Реджепа Эрдогана в Сочи 22 октября.

Вообще операция «Источник мира» вызывает стойкое ощущение дежавю. Первое, что вспоминается – две другие турецкие операции, «Щит Евфрата» в 2016 году и «Оливковая ветвь» в 2018 году. К слову, проведению операции 2018 года также предшествовали консультации с российскими военными, которые в рамках оговоренной территории предоставили впоследствии туркам полную свободу действий.

Тогда же турецкий лидер обещал «покончить с Курдской рабочей партией и Отрядами народной самообороны» и «гнать их прочь». Та операция была признана успешной, о чем рапортовал генштаб Турции 24 марта 2018 года. И хотя курдская «угроза» для Эрдогана никуда не делась, и Москва, и Анкара извлекли максимум выгоды из той ситуации.

«Постановочный» характер военной операции «Источник мира» ощущался как в ходе военных действий, так и переговорного процесса. Изначально не было никаких предпосылок к началу полномасштабных военных действий Турции на северо-востоке Сирии. Однако потребность в проведении показательной краткосрочной операции против курдов, ориентированной в первую очередь на внутреннюю аудиторию, напротив, возрастала.

Это во многом обуславливается сложной политической ситуацией, в которую попал турецкий лидер. Сирия – одно из наиболее ярко выраженных внешнеполитических фиаско Эрдогана после «арабской весны». Интересы Турции в Сирии с каждым днем все труднее просматриваются. А постепенный переход под контроль Башара Асада утерянных в ходе гражданской войны территорий все больше заставляет задумываться о целесообразности турецкого участия в обсуждении сирийского будущего. Таким образом, не имея реальных возможностей упрочить свое влияние в Сирии, Эрдоган вынужден прибегать к демонстрационным операциям, которые способствовали бы поддержанию имиджа турецкого лидера в глазах собственного населения.

Не воспользоваться удачной возможностью, которую открывало решение Дональда Трампа о выводе американских войск, с точки зрения Реджепа Эрдогана означало бы упустить крайне выгодный момент для очередной демонстрации силы. Не случайно вопрос о будущем северо-востока Сирии после ухода оттуда американских военных прочно закрепился на повестке дня российско-турецких переговоров сразу после того, как с соответствующим заявлением впервые выступил американский президент в конце 2018 года.

Можно с большой долей уверенности утверждать, что операция «Источник мира» уже давно обсуждалась российской и турецкой стороной, каждая из которых была заинтересована в том, чтобы извлечь выгоду из вывода американских войск. Причем то же самое можно сказать и об американском истеблишменте, который уже включился в очередную президентскую кампанию. При этом история российско-турецкого сотрудничества в Сирии после очередного потепления в отношениях между Путиным и Эрдоганом летом 2016 года уже знает немало примеров совместно спланированных военных операций.

Не прошло и месяца после встречи Путина и Эрдогана в Санкт-Петербурге, где лидеры анонсировали, что эпизод со сбитым российским самолетом исчерпан, как Москва выразила поддержку Анкаре в проведении операции «Щит Евфрата», целью которой была борьба с «исламским государством», а заодно и курдскими Отрядами народной самообороны.

В феврале 2018 года после консультаций российских и турецких военных в Москве Турция получила право начать еще одну военную операцию – «Оливковая ветвь» – против все тех же Отрядов народной самообороны (только на этот раз в Африне). Добившись хотя бы видимого успеха в обеспечении безопасности участка сирийско-турецкой границы к западу от Евфрата, Анкара стала проявлять все больший интерес к восточной части границы. Интерес Турции к северо-востоку Сирии особенно возрастал по мере борьбы с «исламским государством» и укрепления там позиций курдов. Единственным препятствием было присутствие там американских войск, которые после появления ИГИЛ предпочли опираться на земле на Отряды народной самообороны, нежели на сирийские оппозиционные структуры, как того хотел Эрдоган.

Неудивительно, что вывод американских войск с северо-востока Сирии способствовал образованию того самого военно-политического вакуума, который ждали и Анкара, и Москва. И с этой точки зрения операция «Источник мира» – ни что иное, как попытка спровоцировать передел сфер влияния на территории Сирии, покинутой американскими войсками. Результаты этой краткосрочной военной операции, с минимальными потерями с обеих сторон, нашли свое отражение и в Сочинских договоренностях. Их главный итог – фиксация новых военно-политических реалий на северо-востоке Сирии.

Так, в соответствии с сочинским меморандумом существующий статус-кво в нынешнем районе операции «Источник мира» между Тель-Абьядом и Рас ал-Айном будет сохранен. Помимо этого, курдские Отряды народной самообороны будут выведены из других районов вдоль границы, а также из городов Манбидж и Тель-Рифат. Также стороны договорились о том, что будет создан совместный механизм мониторинга и верификации для обзора и координации осуществления данного Меморандума.

В целом договоренности в Сочи, а также результаты переговоров вице-президента США Майка Пенса и Эрдогана вполне можно занести в актив всем сторонам, за исключением, конечно, курдов. Эрдогану удалось закрепить за собой имидж сильного лидера, способного влиять на региональную повестку. Способствовало этому и то, что мировые СМИ освещали турецкую военную операцию чуть ли не как начало очередного крупномасштабного конфликта на Ближнем Востоке.

Помимо этого, турецкому лидеру удалось добиться отвода курдских Отрядов народной самообороны со всей территории границы, причем по результатам договоренности с Майком Пенсом в этот раз турецким солдатам даже не придется «гнать их прочь» – это за них сделают США.

Кроме того, перед Эрдоганом открываются возможности использовать приграничную зону для хотя бы частичного решения проблемы беженцев, а также заселения этой территории лояльными туркам сирийцами. Что, в свою очередь, может найти одобрение и в Дамаске, который будет заинтересован в том, чтобы неблагонадежное население располагалось на сирийской периферии.

Владимиру Путину в очередной раз удалось закрепить за собой имидж главного действующего игрока в Сирии, способного «укротить» желания даже самого влиятельного регионального лидера. А также еще раз продемонстрировать мировому сообществу, что судьбоносные политические решения уже давно принимаются не только в Вашингтоне, но и в Сочи. Кремль также может быть доволен и тем, что сирийские курды вынуждены в большей степени ориентироваться на Москву, нежели на Вашингтон. Что в очередной раз дает повод российскому руководству заявлять о себе как о более надежном партнере, чем американцы.

К слову, Кремль позаботился и о том, чтобы оставить в своем арсенале и рычаги влияния на сирийский режим. Последний хоть и получил возможность вернуть себе часть оставленных территорий, тем не менее говорить о полном возвращении сирийской армии на границу с Турцией еще преждевременно. Напротив, совместное патрулирование сирийско-турецкой границы за пределами зоны операции «Источник мира» российской военной полицией дает Москве возможность оказывать влияние на режим Башара Асада, скажем, по вопросу Конституционного комитета, который должен начать свою работу в ближайшее время.

В выигрыше остались и США. Во-первых, весьма «токсичный»  вопрос курдов, который последние годы заметно омрачал американо-турецкие отношения, постепенно начал сходить на нет. Во-вторых, Дональд Трамп выполнил свое предвыборное обещание – свернуть те ближневосточные проекты, которые являются убыточными для США. Американское присутствие в Сирии вполне можно отнести к таковым.

Справедливости ради стоит отметить, что и оппоненты Дональда Трапма получили отличный повод для критики главы Белого Дома. Здесь и обвинения в предательстве американских союзников, и уличение Трампа в очередном сговоре с Москвой и Анкарой, которые, по мнению Демократической партии, выглядят главными выгодополучателями после вывода американских войск. Что приходится как нельзя кстати, учитывая что в Вашингтоне вовсю идут слушания по импичменту Дональда Трампа.

Тем не менее, сочинский меморандум отнюдь не конец, а только начало очередного переформатирования сфер влияния в Сирии, на этот раз спровоцированное выводом американских войск. Достигнутые договоренности задают лишь общую рамку будущего статус-кво, который будет еще устаканиваться в течение ближайшего времени в зависимости от баланса сил на земле.

Фото: Scanpix