fbpx

Нагорный Карабах: чего ждать от России?

+ posts

Политический аналитик, кандидат политических наук. Координатор "Московского политического клуба", обозреватель "Росбалта" и колумнист Deutsche Welle.

Иван Преображенский о том, есть ли у России реальные обязательства по оказанию помощи Нагорному Карабаху и Армении

Россия является одновременно официальным военным союзником Армении и посредником в решении размороженного 27 сентября 2020 года карабахского конфликта. Однако о раздвоении личности у Кремля речь не идет. Не вмешиваясь в ход военных действий в Нагорном Карабахе, российские власти строго соблюдают все свои международные обязательства, включая и Договор о коллективной безопасности.

Кремль уже начали обвинять в том, что он оставил своих армянских союзников на растерзание Азербайджану и Турции. При этом посол Армении в России Вардан Тоганян заявил, что в случае необходимости Ереван может обратиться к Москве за дополнительной военной помощью. Впрочем, армянский премьер-министр Никол Пашинян прямо сказал, что Россия придерживается в этом конфликте нейтралитета, а некоторые другие представители армянского правящего класса признают, что Россия никогда не брала на себя обязательств защищать Нагорный Карабах, который она официально признает территорией Азербайджана.

Договор о ненападении

Договор о коллективной безопасности был подписан в 1992 году, когда еще шла война в Нагорном Карабахе. Участниками этого соглашения изначально были не только Россия, Казахстан, Киргизия, Армения, Беларусь и Таджикистан, но и Узбекистан, Азербайджан и Грузия. По сути, это было в первую очередь соглашение о ненападении между бывшими советскими республиками. Примерно как Содружество независимых государств было инструментом для мирного экономического развода.

Армения, Азербайджан и Грузия в тот момент воевали. Первые две — между собой и за Нагорный Карабах. Грузины — со своими автономиями (Южная Осетия в 1991-92 гг., Абхазия с конца 1992 г.) и между собой. Узбекистан опасался Казахстана, Казахстан и Киргизия — Узбекистана, в Таджикистане разгоралась гражданская война. Всем нужна была как минимум гарантия ненападения со стороны бывших «братских республик».

Однако обеспечить мир Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) не могла уже тогда. Примерно к 1994 году, видя, что Россия как основа ОДКБ не хочет защищать их интересы, а напротив, активно поддерживает их противников, свою работу в организации прекратили Азербайджан и Грузия. Немного позже за ними последовал Узбекистан. Официально они все вышли только в 1999 году, когда не продлили свое членство в этой организации.

Остальные — остались. Среди них и Армения, которая по итогам Карабахской войны оказалась победительницей, находящейся в то же время почти в полной блокаде и в недружественном окружении. Даже соседняя постсоветская Грузия была для нее скорее врагом, про Азербайджан и союзную ему Турцию и речи нет. Россия тогда была для Армении не просто главным, а фактически единственным реальным союзником, который в случае серьезных проблем мог хотя бы теоретически оказать ей военную помощь.

С момент выхода Азербайджана, Грузии и Узбекистана можно начинать отсчет постепенной трансформации ОДКБ из структуры, созданной для мирного развода, в военно-политический блок союзных государств, объединенных хотя бы какими-то общими стратегическими интересами. Окончательно в этом виде он оформился всего десять лет назад, когда 10 декабря 2010 года был подписан дополнительный протокол, уточнивший пункты о взаимной военной помощи.

ОДКБ не равно России

Ключевыми в обновленном Договоре о коллективной безопасности стали статьи 2 и 4, которые определяют, когда и в какой последовательности принимается решение о «коллективной обороне» или поддержке одного из членов ОДКБ, подвергшегося агрессии. Последовательность проста: вначале консультации, потом — просьба со стороны «пострадавшего» государства, затем – коллективное решение об оказании помощи. Коллективность тут обязательна, это оговорено в статье 2, так что статьи 2 и 4 надо обязательно читать вместе.

В документе еще много ссылок на ООН и ее устав, но это не должно нас отвлекать. Они появились в Договоре потому, что Россия не чувствовала себя тогда достаточно сильной и постоянно прикрывалась международным правом, на которое перестала обращать внимание после аннексии Крыма в 2014 году.

Теперь применим эти параметры к размороженному конфликту в Нагорном Карабахе. Первые два дня бои шли только на территории Азербайджана, поскольку все мировое сообщество, включая и Армению, независимость Нагорно-Карабахской республики (НКР) не признавало. Значит, это вообще не касалось ОДКБ, поскольку НКР не является членом этой организации.

Однако 29 сентября армянская сторона заявила, что азербайджанская армия начала наносить удары по стратегически важному городу Варденису, где начинается новая короткая дорога, связывающая Армению с Нагорным Карабахом. С этого момента, официальный Ереван, если он докажет факт таких ударов или подтвердит чем-то свои сообщения о том, что турецкий F-16 сбил армянский Су-25 в армянском же воздушном пространстве, может обращаться к ОДКБ с просьбой о помощи.

Но возможно ли принятие всеми членами этой организации решения об оказании помощи Армении? Скорее всего, нет. В нынешней войне прямо или косвенно участвует Турция, портить отношения с которой ради армян точно не захотят тюркоязычные Казахстан и Киргизия. Значит коллективного решения об оказании помощи не будет. Остается Россия, но уже в личном качестве.

Кремль соблюдает нейтралитет

Если ОДКБ не придет на помощь «по техническим причинам», то есть из-за отсутствия консенсуса, Еревану придется обращаться напрямую в Кремль. При этом у России как отдельной страны вообще нет никаких обязательств по оказанию военной помощи Армении. Даже наличие авиабазы в Гюмри ее к этому не обязывает.

Иначе говоря, для оказания военной помощи необходимо, чтобы Кремль был очень сильно мотивирован. Причин для вмешательства в теории может быть много. В соцсетях многие верят даже в то, что Москва таким образом первые дни спасала своего верного союзника экс-президента НКР и Армении Роберта Кочаряна. Нынешний армянский премьер Никол Пашинян пытался отправить его за решетку. Теперь Кочарян для участия в военных действиях смог уехать в Нагорный Карабах, оттуда его назад в «большую Армению» точно не выдадут. Москва довольна и якобы теперь должна начать оказывать армянам военную помощь.

Заметно более вероятная причина, по которой Кремль мог бы вмешаться и отказаться от нейтралитета, — это участие в конфликте Турции. Поражение Армении в глазах многих будет и поражением России, она потеряет после этого влияние в регионе. Да и в остальном мире это объяснят слабостью Кремля.

Есть, разумеется, и гуманитарный аспект. Дальнейшие военные успехи Азербайджана неизбежно приведут к бегству, а, возможно, и к депортациям и гибели мирных граждан армянской национальности, то есть населения Карабаха и приграничных армянских регионов. Вмешательства от Путина может потребовать российское общество. Правда, при условии, что Кремль сам этого захочет и даст команду своим пропагандистским медиа показывать побольше «крови».

Впрочем, суть этих рассуждений сводится к простому тезису: Россия не имеет никаких реальных обязательств по оказанию помощи не только Нагорному Карабаху, но и собственно Армении. Поведение Москвы не будет дальше регулироваться Договором о коллективной безопасности. И если Кремль решит вмешаться в происходящее в качестве одной из сторон конфликта, то не потому, что его к этому вынуждают какие-то юридические обязательства.

Фото: Scanpix