fbpx

Религия во власти политики

Иван Преображенский о политической подоплеке создания Православной церкви Украины

Учредительный собор объявил о создании Православной церкви Украины (ПЦУ), а ее главой и митрополитом Киевским избрал 39-летнего Епифания. Константинопольская церковь, вероятно, не будет даровать Украине патриаршество, и независимость новой церкви не будет полной. Но политическое размежевание с Россией для украинских властей на данном этапе важнее.

Политика без примеси религии

Объявление о создании Украинской православной поместной церкви – это, безусловно, политическое событие. Вопреки заявлениям некоторых представителей РПЦ, ни о каких серьезных противоречиях в вопросах вероучения в случае с этим внутриправославным конфликтом речь не идет. Споры об иерархии, какими бы серьезными они ни были, — не повод для необоснованного обвинения оппонентов в ереси.

Политический уровень этого события подчеркивается и несколькими фактами из короткой истории новой церкви. Первым, кто попросил Константинопольского патриарха Варфоломея дать Украине томос, то есть постановление об автокефалии, был президент Украины Петр Порошенко. Он же в качестве гостя присутствовал на учредительном соборе, а потом лично объявил о создании ПЦУ и избрании митрополитом Киевским и всея Украины Епифания.

Президент поедет с главой новой церкви в Стамбул, чтобы получить из рук патриарха Константинопольского церковное постановление о новой церкви (томос), которое, скорее всего, будет регулировать ее статус и возможности. Предполагается, что это должно произойти 6 января. При этом томос не даст ПЦУ полной независимости. Уже сейчас понятно, что восстановления патриаршества в Украине не случится и единственным патриархом для православных украинцев будет глава Константинопольской церкви Варфоломей.

Такая схема еще в 2013 году самому новому митрополиту Киевскому и всея Украины Епифанию казалась неработоспособной, поскольку она позволяет существовать на территории страны двум разным украинским православным церквям – Константинопольского и Московского патриархатов. Получается, что отсутствие патриарха в Украине теперь главу ПЦУ не смущает, что также свидетельствует о политическом характере нового церковного проекта.

Согласие на участие в соборе второй по численности приходов Украинской православной церкви Киевского патриархата (УПЦ КП) было настолько важно для украинских властей и Константинополя, что они согласились закрыть глаза на желание главы УПЦ КП Филарета любым способом остаться патриархом. В итоге, несмотря на самороспуск УПЦ КП, ее бывший глава оставил за собой странный титул «почетный патриарх». Речь, очевидно, идет об аналогии с «почетными президентами» разнообразных союзов, обществ и университетов. Однако в православной традиции этот титул аналогов не имеет и звучит хоть и не еретично, но однозначно комично. Данный титул не мог бы появиться в рамках православной традиции без внецерковного политического вмешательства.

Объединение меньшинств

Прошедший в Киеве собор не стал объединительным для всех православных церквей Украины. В учреждении новой поместной церкви участвовало всего два епископа от крупнейшей украинской православной церкви — Московского патриархата (УПЦ МП): митрополит Винницкий Симеон и бывший секретарь ныне покойного Киевского митрополита Владимира, митрополит Переяслав-Хмельницкий и Вишневский Александр. В тот же день УПЦ МП исключила обоих из канонического, по своей версии, диптиха епископов Украины, объявив, что они «ушли в раскол». Больше никто из иерархов «московской» украинской православной церкви на объединительный собор не явился. Ну а РПЦ в связи с этим торжественно объявила о провале планов Петра Порошенко создать новую автокефальную церковь без согласия Московской патриархии.

К объединению бывших УАПЦ (украинской автокефальной православной церкви) и УПЦ КП присоединится лишь незначительная часть приходов УПЦ МП. Естественно, приходы всех трех церквей находятся по всей стране. Однако у УАПЦ они традиционно были все же сконцентрированы на Западе, да и УПЦ КП слабо представлена на востоке и юге Украины. При этом вопрос о патриаршестве для Украины, вероятно, оказывается закрыт на многие годы. В итоге, как и прогнозировал глава новой автокефальной церкви в 2013 году, страна просто разделяется на два лагеря по отношению к двум православным церквям (вместо прежних трех). Социальная, объединяющая суть религии забыта. Противостояние же двух церквей создает риски и для политического противостояния, для возникновения новых конфликтов и провокаций со стороны России, которая через Московскую патриархию сохраняет административный и политический контроль над пока еще крупнейшей украинской православной церковью.

Сохранение контроля

Учитывая важную роль обрядовой стороны в украинском и русском православии, можно уверенно прогнозировать, что разделение будет в ближайшее время дополнительно углубляться за счет заимствования ПЦУ обрядовых традиций Константинопольской церкви. На уровне обычных верующих – прихожан УПЦ МП – это будет приводить к новым обвинениям в ереси. По той же схеме, по которой осенение себя крестным знамением двумя или тремя перстами стало вопросом вероучения, а не технической проблемой обряда, как это было с расколом в русском православии в 17 веке во время никоновских реформ, предполагавших образцом для подражания греческое православие.

В то же время, вмешательство России во внутренние дела Украины после создания ПЦУ вряд ли снизится – скорее, напротив. Во-первых, это будут постоянные меры по поддержке УПЦ МП. Учитывая нынешние отношения двух стран, меры эти могут быть как экономическими, дипломатическими, политическими так и военными. Во-вторых, нельзя исключать, что с целью создания общественного или даже политического хаоса в Украине российские власти будут поддерживать и раздувать межобщинные религиозные конфликты, которые будут создавать сложности украинским властям всех уровней. Ведь передел церковной собственности между УПЦ МП и новой поместной церковью уже сейчас становится реальностью. Кроме того, неизбежные межобщинные православные споры могут быть для России хорошим аргументом в ее переговорах с европейскими политиками, когда надо будет им доказать, что Украина якобы остается крайне нестабильным государством. В-третьих, не стоит забывать, что Константинопольский патриарх серьезно зависит от властей Турции, которые получают теперь инструмент, с одной стороны, для влияния на Украину, а с другой – аргумент в торгово-экономических и политических переговорах с Россией. Если Москва договорится с президентом Реджепом Эрдоганом, то в будущем она сможет воздействовать на ситуацию в Украине не напрямую, а с помощью чужих рук.

Таким образом, создание новой Православной церкви Украины следует считать событием политическим, а не религиозным. При этом, по крайней мере на нынешнем этапе, цель снижения российского влияния, прямо декларируемая президентом Петром Порошенко, не достигается. Российское влияние на общественную украинскую жизнь сохраняется, а отдельные риски дестабилизации ситуации в социуме даже возрастают.

Фото: Scanpix