fbpx

«Талибан» и контрабанда оружия

Независимый исследователь и консультант по вопросам безопасности

Эрик Вудс о перспективах ввоза контрабандного оружия из Афганистана в Россию

Уступая позиции «Талибану», афганское правительство оставило своим противникам огромные склады оружия. На этом фоне растут опасения, что Афганистан станет главным оружейным рынком в регионе. Американские власти доподлинно не знают, сколько стрелкового и другого малокалиберного оружия в последние недели оказалось в руках «Талибана» и предприимчивых преступных группировок. Вооруженные силы государств Центральной Азии и их российские союзники уделяют основное внимание угрозе терроризма, однако имеется и долгосрочный риск того, что оставшееся без присмотра оружие попадет на север, где будет использоваться в других криминальных целях.

В России, как и в других странах Европы, незаконная торговля оружием, как правило, представляет второстепенный интерес для полиции по сравнению с торговлей наркотиками. Однако со слов таможенников, из отчетов независимых экспертных групп и сообщений об арестах можно составить достаточно подробную картину, чтобы понять, что региональные потрясения действительно влияют на оборот оружия. Например, в 1990-е гг. незаконные потоки оружия формировались под влиянием организованных преступных группировок и вооруженного конфликта на Северном Кавказе. В 2010-е гг. ключевым для незаконного ввоза оружия в Россию стал конфликт в Украине.

Опыт западноевропейских правоохранителей свидетельствует о том, что оружие часто следует по путям контрабанды наркотиков. По окончании Югославских войн оружие продавали преступникам, а далее оно распространялось по Балканскому маршруту в Западную Европу. В конкурентной борьбе за потоки наркотрафика часто выигрывает тот, кто превосходит конкурирующие преступные группировки в огневой мощи. Роль некоторых государств Центральной Азии в деятельности Северного маршрута может предотвратить худшие формы вооруженной конкуренции. Однако представители Таможенной академии в Санкт-Петербурге утверждают, что стрелковое оружие и его детали, имеющие происхождение из Афганистана, уже составляют 9% изъятий на границе, что говорит о том, что часть оружия уже оказалась на севере, несмотря на усилия таможни.

Стрелковое оружие имеет три основных отличия от других запрещенных товаров: оно долговечно, рынок заинтересованных клиентов меньше, а полиция, как правило, отдает ему низкий приоритет. Стрелковое оружие может служить десятилетиями. Всеми забытое, оно может лежать в подвале десятилетиями. Или его можно выкопать на полях сражения прошедших войн и приспособить под свои нужды (как это делают некоторые российские профессиональные преступники). В отличие от наркотиков, которые интересны множеству как наркозависимых, так и периодических наркопотребителей, оружие представляет собой более нишевый интерес для коллекционеров, самих наркоторговцев и хорошо подготовленных террористов. Из-за сравнительно небольшого рынка стрелковое оружие, как правило, представляет только второстепенный интерес для правоохранительных органов. Это особенно характерно для организаций, сотрудники которых стремятся выполнять квоты вместо того, чтобы ликвидировать сети профессиональных преступников.

Три северных маршрута

Управление ООН по наркотикам и преступности указывает три основных подмаршрута контрабанды через Центральную Азию в Россию. Наиболее известный северо-восточный маршрут идет из Афганистана через Хатлонскую и Горно-Бадахшанскую области Таджикистана и далее вьется через Кыргызстан и Казахстан к Сибири и Екатеринбургу. Второй подмаршрут, центральный, идет через Узбекистан и Казахстан по направлению к Москве и европейской части России. Третий и последний маршрут, наименее изученный, идет через Туркменистан. Об этом маршруте известно меньше всего из-за закрытости местного режима. В ООН признают, что данные, использованные для расчета того, какие маршруты использовались больше всего, могут быть искажены, потому что в основном исходят от правоохранителей.

Забавно, что системная коррупция и причастность государств к наркотрафику может служить предохранителем от худшего сценария, когда оружие может бесконтрольным потоком хлынуть на север. Причастность таджикских чиновников к незаконной торговле наркотиками из Афганистана хорошо задокументирована. Не хуже задокументирована и антиталибановская позиция президента Рахмона и его тотальный контроль за политикой страны. Он уже попросил ОДКБ помочь защитить границу от вооруженного проникновения. Эта угроза не гипотетическая: во время гражданской войны в Таджикистане антиправительственные силы иногда осуществляли нападения с территории Афганистана. Сокрушив вооруженную оппозицию в кровавой гражданской войне, Рахмон перешел к тактике амнистий, кампаний по сдаче оружия и косвенных угроз  в адрес оппозиции.

Террористические группировки, союзные «Талибану» и состоящие из этнических таджиков, теперь отвечают за безопасность в некоторых районах Афганистана. При этом до сих пор непонятно, как «Талибан» будет поступать с группировками, у которых есть амбиции за пределами страны. Таджикские власти ранее пытались обвинить политических оппонентов в подготовке террористических актов. Сообщалось, что в ходе перестрелок с пограничниками, происходивших в последние годы, некоторые контрабандисты из Афганистана были вооружены гранатометами и автоматами. Но учитывая непрозрачность режима, сложно установить, действительно ли такое оружие попадает в Таджикистан через границу.

По словам Эрика Марата из университета Джорджтауна, Узбекистан имеет одни из наиболее оснащенных и профессиональных правоохранительных органов в регионе. Кроме того, в столице Узбекистана Ташкенте располагается штаб антитеррористического органа ШОС. В 2019 году в стране обновилось законодательство и правоохранители получили более четкие инструкции о том, как отделять оружие военного образца от охотничьих ружей. Также Узбекистан продолжает участвовать в тренингах для правоохранителей по борьбе с контрабандой и траффикингом.

Испытание возможностей России по борьбе с контрабандой

Многие страны испытывают проблемы, связанные с отсутствием адекватных законодательных и административных инструментов. У России такой проблемы явно нет. Среди всех стран региона Россия обладает самыми большими возможностями и самой развитой инфраструктурой борьбы с незаконным оборотом оружия и другой контрабандой на северных маршрутах. В рамках реформ Медведева 2011 года Министерству внутренних дел получили мониторинг оборота оружия и создание общенациональной базы данных. Это очень важный инструмент, которому позавидовали бы правоохранители многих ведущих мировых держав. Кроме того, Россия демонстрирует готовность и способность реформировать законодательство об оружии и закрывать лазейки, чего зачастую не хватает в США и Европе.

С другой стороны, непонятно, действительно ли полиция использует эти инструменты и возможности, чтобы активно расследовать трафик оружия, или же статью 222 УК и другие нововведения просто добавляют к уже ведущимся расследованиям, если это позволяют обстоятельства. Статья 222 касается оборота оружия, но под нее также подпадает незаконное хранение оружия. Поэтому имеются возмутительные примеры, как законодательство против оборота оружия используется против оппозиционеров и правозащитников. Также вызывает опасение тот факт, что действующие и бывшие полицейские занимаются оборотом оружия. В 2020 году сотрудник МВД, ответственный за склад оружия в Крыму, был арестован, когда выяснилось, что он два года воровал оружие со склада и продавал его на черном рынке.

Учитывая неспособность или нежелание «Талибана» бороться с террористическими группировками, Россия и другие государства региона разумно сосредоточились на террористической угрозе. Специальный представитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов отмечает, что сочетание местных и пришлых радикалов создает в регионе неприятный «коктейль». При этом, по словам исследователя Центральной Азии Эдварда Лемона, террористические атаки в регионе в основном осуществляются с помощью «автомобилей, ножей или легкого оружия», а не взрывчатки и огнестрельного оружия. Репрессивным органам госбезопасности государств Центральной Азии до сих пор удавалось держать местные экстремистские круги под интенсивным наблюдением и давлением.

Однако сейчас, когда внимание сосредоточено на вполне реальной угрозе появления оружия у террористических группировок, следует помнить о том, что Афганистан переполнен не только наркотиками, но и оружием. Российские чиновники, включая Кабулова, опасаются, что наркоторговля при «Талибане» сохранится, учитывая ее важность для экономики региона. Оружие, как и наркотики, следует по имеющимся в регионе сетям дорог, железных дорог и общественного транспорта. Это признают российские правоохранители, которые пишут об этой проблеме. Дело в том, что незаконное оружие — такой же товар, как и другие. Преимущества экономической интеграции с другими республиками бывшего СССР заключаются в установлении торговых связей и облегчении пересечения границы. Но это же облегчает и оборот незаконного оружия.

Фото: Scanpix