fbpx

Военная промышленность и Кремль

Вторая часть цикла «Ради вашей безопасности»: как перевооружение влияет на индустрию, и как индустрия влияет на российскую власть

Принятая в 2011 году десятилетняя государственная программа вооружений (ГПВ-2020) не была первой. Однако от предыдущих ее отличал внушительный масштаб – по плану стоимость программы составляла 20 трлн рублей (около $670 млрд на тот момент). В реальности российская власть не располагала такими ресурсами. Ценой увеличения налогового бремени и сокращения расходов по другим статьям Кремль смог в 2011-2018 гг. потратить на разработку и закупку вооружений и военной техники около 11,5 трлн рублей (почти $247 млрд в текущих ценах в пересчете по среднегодовым курсам). В 2019-2020 гг. на эти цели Москва собирается потратить еще примерно 3 трлн, то есть суммарно расходы на ГПВ-2020 составят примерно две трети от исходного плана.

Параллельно с 2018 года началась следующая десятилетняя программа закупки вооружений (ГПВ-2027) размером свыше 20 трлн рублей. Данный подход, когда последние годы одной программы являются первыми годами следующей, является следствием устройства российской власти. Огромные ассигнования нуждаются во множестве согласований и компромиссов внутри массивной российской бюрократии и государственной промышленности. Также это позволяет легче передвигать те или иные проекты и закупки из одной программы в другую. Все это повышает устойчивость системы управления, ее предсказуемость для самого Кремля, и снижает риск ее разбалансировки. Вместе с тем сами ГПВ оказывают большое влияние на всю российскую властную конструкцию.

«Победители»

Помимо средств российских граждан, которые российская власть потратила на вооружение и военную технику в 2011-2018 гг., еще около $120 млрд за это же время российская военная промышленность получила от экспортных поставок. Таким образом, примерно две трети выручки отрасль получает из российского бюджета, а одну треть — от иностранных заказчиков.

Таблица 1: Объемы российских государственных закупок и российского экспорта вооружений и военной техники

* Данные получены в пересчете рублевых расходов по среднегодовому обменному курсу на каждый год

** За 2011-2016 гг. используются данные SIPRI в текущих ценах, которые могут отличаться от данных Janes, IISS, Defense News и других исследований. Данные за 2017-2018 гг. взяты из интервью Дмитрия Шугаева, директора ФСВТС

Хотя здесь надо иметь в виду, что часть экспортных поставок изначально кредитуется российскими государственными банками или российским правительством (и не все эти кредиты будут иностранными заказчиками возвращены). Получается, что финансовое состояние оборонных компаний, абсолютное большинство которых принадлежит государству, зависит от расходов этого государства. Более того, государственная бюрократия в России и бюрократия российских государственных компаний фактически являются одним целым. Именно поэтому почти любые экономические вопросы военного производства неизбежно становятся частью политического процесса.

Если же мы посмотрим на то, какие именно компании оказались главными бенефициарами поставок вооружений и военной техники для нужд российской армии и силовых ведомств, а также на экспорт, то увидим следующую картину. Безусловными лидерами являются «Ростех», «Алмаз-Антей», Объединенная Авиастроительная Корпорация, Объединенная Судостроительная Корпорация и корпорация «Тактическое Ракетное Вооружение». В 2011-2017 гг. (данных за 2018 год пока нет) от поставок своей военной продукции внутри России и за рубеж эти компании выручили более $229 млрд, или 70% всех средств, которые были выделены правительством в рамках ГПВ-2020 и поступали в Россию от экспортных поставок в те же годы.

Таблица 2: Выручка ведущих российских государственных компаний от продаж вооружений и военной техники*

* За исключением «Ростеха», используются данные SIPRI. Данные по «Ростеху» получены из ежегодной отчетности корпорации за минусом выручки от гражданской продукции и в пересчете по среднегодовому обменному курсу на каждый год. Цены везде текущие ($ млн).

В списке лидеров отсутствуют еще два гиганта — «Роскосмос» и «Росатом»: для понимания их выручки от военных программ не хватает данных, но и там, бесспорно, речь идет о нескольких десятках миллиардов долларов за указанный период. Конечно, на общемировом фоне такие результаты не являются чем-то выдающимся. Да и выручка российских нефтяных компаний вроде ЛУКОЙЛа или «Роснефти» в разы больше. Однако в политическом контексте значение российских оборонных компаний очень велико.

Во-первых, эти компании воспроизводят один из главных внешнеполитических инструментов Кремля — военную силу. Во-вторых, государственные закупки и экспорт вооружений обеспечивают воспроизводство российской системы власти с ее корпоративистской моделью и балансируют ее. В-третьих, эти расходы и экспортные поступления поддерживают и консолидируют существенную часть социальной базы, на которую опирается российская власть. Как следствие проблема экономической эффективности военной промышленности оказывается вторичной по сравнению с той ролью, которую она играет в политической системе России.

«Проигравшие»

Тем не менее проблема экономической эффективности дает о себе знать. Постоянной нагрузкой на государственных оборонных корпорациях лежит сохранение и поддержание убыточных предприятий. При этом после выполнения контрактов на различные виды вооружений и военной техники проблемы некоторых заводов, которые входят в такие корпорации, обостряются. Например, только в 2018 году производитель реактивной артиллерии «Мотовилихинские заводы» прошел через банкротство, производитель боевых машин пехоты «Курганский машиностроительный завод» окончательно погряз в долгах, с которыми сам не справится, «Новосибирский авиационный завод» сокращал персонал и т.д. Все это заставляет материнские корпорации, правительство и региональные власти постоянно искать компромиссные решения, позволяющие сгладить проблемы неэффективности и тем самым не допустить их влияния на систему распределения власти в стране.

Поскольку сокращения сотрудников на фоне многолетней экономической стагнации в России создают проблемы в первую очередь именно для регионов, этих людей стараются трудоустраивать на другие предприятия внутри корпорации, либо в приоритетном порядке находить им рабочие места в других компаниях. И нужно заметить, что в ходе этого процесса также постоянно воспроизводится подчинение региональных властей интересам Кремля.

Еще одним способом сохранить зашедшие в экономический тупик предприятия является прямое правительственное финансирование. С помощью этих субсидий заводы переориентируются на другие оборонные проекты, порой даже весьма экзотические и не всегда реализуемые, поскольку первичны именно политические задачи.

Параллельно между ведущими оборонными компаниями идет постоянная бюрократическая конкуренция. Руководители таких компаний могут быть связаны между собой и другими представителями российской власти множеством горизонтальных и вертикальных связей, однако постоянно вынуждены бороться за усиление собственных позиций. Периодически такая конкуренция приводит к изменениям в отрасли: в виде поглощений, объединений активов и прочего. Даже деятельность оставшихся в России формально частных оборонных компаний фактически координируется политическим руководством, а их собственники и менеджеры инкорпорированы в систему власти, хотя и находятся сегодня в ней на ослабленных позициях.

На этом фоне поставленная Кремлем перед военной промышленностью задача наращивать производство гражданской продукции (она должна давать до 50% выручки к 2030 г.) и создание для такой продукции особых условий на внутреннем рынке — это тоже попытка решить проблему неэффективности оборонных предприятий так, чтобы не допустить разрушения существующей в стране системы власти. То есть параллельно тому, как ГПВ реализуются, для них политическими методами создаются дополнительные источники выручки. И даже если Кремль столкнется с острым дефицитом ресурсов и не сможет поддерживать расходы на вооружения, он делает все, чтобы одна из главных опор власти была в порядке.

Первая часть цикла «Ради вашей безопасности»: многоуровневая безопасность как важнейший идеологический и материальный фактор российской политики

Третья часть цикла «Ради вашей безопасности»: идеологическая мотивация боевиков из балканских стран, взявшихся за оружие в восточной Украине

Четвертая часть цикла «Ради вашей безопасности»: динамика развития ветеранских организаций в России

Фото: Scanpix