fbpx

Женское исламское образование в Дагестане

Алиса Шишкина о женских отделениях в исламских университетах Дагестана

После распада Советского Союза в Дагестане вновь актуализировался интерес к религии. Возродились традиционные для республики движения и появились новые, принесенные молодыми людьми, которые воспользовались возможностью учиться в исламских центрах Ближнего Востока. Процессы реисламизации в настоящее время по-разному воспринимаются различными социальными группами. Для части молодежи крупных городов эта тенденция выступает скорее негативным фактором и стимулирует их переезд из республики в поиске более светской атмосферы. Другие же, в том числе девушки, приходят к религии самостоятельно, зачастую наперекор родственникам. Ислам становится для них способом заявить о собственной идентичности – в противовес правилам, транслируемым «советским» поколением родителей. В этом случае нередко девушки учат арабский язык и сами читают Коран, а не его интерпретации, что, вопреки ожиданиям, приводит их к понимаю собственной значимости в обществе. Часто, ссылаясь именно на Коран, они обосновывают свое право на образование, ведение бизнеса или участие в принятии общественно значимых решений.

Несколько иначе обстоят дела с официальным исламским образованием, которое начало распространяться тогда же, в ранний постсоветский период. Стоит сразу оговориться, что исламские образовательные структуры, учрежденные муфтиятом РФ, – это один из многочисленных социальных пазлов дагестанского общества. В настоящий момент его нельзя назвать доминантным или даже широко распространенным (таких исламских университетов в Дагестане шесть), однако постепенно формируется тенденция все большего включения молодых людей в эту образовательную среду. В университетах учатся в основном мужчины, но именно на примере женских отделений можно наиболее отчетливо проследить транслируемые ими установки.

Женские отделения есть в исламских университетах в Махачкале, Буйнакске и Дербенте. Обучение раздельное, программы мужских и женских отделений отличаются (последние «проще», т.к. исключены предметы, готовящие студентов стать имамами, кроме того, женщинам не преподают дисциплины, связанные с исламским правом). Еще одним важным отличием в образовательных подходах является гораздо более сильный упор на воспитательные приемы при работе со студентами женского пола. Так, преподаватели женского отделения в Дербенте отмечают, что «больше внимания уделяется воспитанию, предназначению женщин, ведь в обществе у нас [с мужчинами] разные цели». В соответствии с этими запросами корректируются и образовательные программы – в них включаются «женские» аспекты, касающиеся правил поведения в семье, общения с мужем и родственниками, воспитания детей и т.д. Получение светского образования параллельно с исламским не запрещается, но, как правило, оно сводится к сугубо прикладным аспектам, которые могут помочь женщине в быту: курсы шитья, сестринского дела и пр. В отдельных случаях девушки учатся очно или заочно в других университетах.

Преподаватели женских отделений отмечают, что за редкими исключениями родители с большой охотой отдают девочек учиться в исламские университеты, т.к. там строгая дисциплина (в Буйнакске, например, без сопровождения студентки не могут выйти в город). Руководство женского отделения так комментирует это: «После школы девочки свое мнение высказывают, характер показывают, свое я. Наша задача – дать воспитание… Родители, даже если сначала сомневались, потом благодарны» (исламский университет в Дербенте).

Моральный аспект системы исламского образования применительно к женщинам оказывается вполне работающим механизмом, формируя доверительную среду как во время учебы, так и после окончания девушками вуза. Так, одним из главных стимулов, учитываемых при поступлении, является мотивация. Сотрудницы женских отделений исламских образовательных учреждений отмечают, что поступающим нравится система преподавания и атмосфера доверия, взаимопомощи и т.д.  Кроме того, фактически сводится к нулю процент разводов среди выпускниц, поскольку складывается традиция обращения девушек к преподавателям в кризисных ситуациях, своего рода горячая линия психологического консультирования.

К слову, с религиозной точки зрения семейные права девушек относительно защищены: так, легитимизированной формой протеста со стороны женщины выступает ситуация, когда муж запрещает жене деятельность, связанную с соблюдением исламских традиций, в том числе обучение в исламском вузе. В таком случае дело может дойти вплоть до одобрения развода со стороны религиозного сообщества. Другие проявления недовольства семейной жизнью купируются лекциями о важности послушания. Здесь, однако, стоит понимать, что доктрина терпеливости по отношению к власти присуща исламским учениям в принципе – ее наиболее ярко отражает хадис «Имам-деспот лучше смуты». То есть в истории арабо-мусульманских учений поводом для выражения недовольства правителем могло стать только его вероотступничество – ровно такую же логику мы видим в ситуации с женским исламским образованием.

Что касается вопросов включения студенток и учениц медресе в публичное пространство, то здесь ситуация гораздо более однозначная: как правило, им предписывается скромность во всех отношениях, в том числе невмешательство в светские дела. Так, в общем-то, и декларируется: «наши девочки никуда не полезут». Публичная активность со стороны женщины считается неприемлемой, т.к. может привести к фитне (смуте). Кроме того, им «нежелательно светиться в социальных сетях», поэтому студентки практически полностью отрезаны от информационного пространства (стоит отметить, что в мужских отделениях также строгие требования к наличию, например, телефонов, однако аппараты, не обладающие функцией выхода в интернет, иногда разрешены – девушкам же, проживающим в общежитиях, можно связываться с родственниками либо в строго определенное время, либо в присутствии преподавателей).

Специально для девочек в учебное время проводятся ликбезы в формате вопрос-ответ, целью которых является приобщение к исламской традиции. Литературной базой для них выступает пул книг, одобренных Экспертным советом Духовного управления мусульман Дагестана: «Секреты семейной жизни и тайны супружеских отношений», «Как стать любимой женой», «Праведная мусульманка», «В мире грехов», «Как правильно выбрать невесту» и др. В условиях информационного вакуума установки, транслируемые в указанных изданиях – набожность, добропорядочность, послушность, незаметность на публике, бережливость, довольствование немногим, благодарность и подчинение мужу и его родственникам,  – принимаются студентками некритически. Лишь в отдельных случаях можно услышать неуверенные рассуждения о том, есть ли в Коране прямые указания на подчиненное положение женщины.

Открыто порицается свободомыслие («Лишена женственности женщина, думающая, что свобода и раскрепощенность – короткий путь к сердцу мужчины. Ей невдомек, что внешность так называемой свободной женщины сильно падает в глазах мужчины, который с содроганием взирает на нее» – «Как стать любимой женой», с. 3), а также регламентируются условия занятости мусульманки («Женщина, пожелавшая работать, должна получить согласие со стороны своего мужа, отца, брата, опекуна» – «Праведная мусульманка», с. 37). Желательно, чтобы работа не занимала много времени и была связана с «женскими» сферами – воспитанием и образованием, здравоохранением (особенно гинекология), производством женской одежды и т.д. Среди прочего, нежелательным последствием занятости женщин на работе вне дома является вероятность возникновения интимных связей в офисе.  Исламские установки в этом случае совпадают с мерами по стимулированию рождаемости государством. В частности, с введением выплат ежемесячного пособия по уходу за ребенком до полутора лет. Если раньше эти деньги выплачивались только в том случае, если женщина успевала официально поработать, то сейчас пособие выплачивается даже при отсутствии профессионального стажа, что сыграло немаловажную роль в социально-демографическом развитии региона.

Большинство девушек, и это с особой гордостью признается сотрудницами женских отделений, идут учиться «для себя», чтобы повысить шансы выйти замуж и применить полученные знания в семейной жизни. Замужество является единственно одобряемой жизненной стратегией, и все образовательные усилия так или иначе завязаны на этом факте (к слову, в мужских отделениях преподавания основ семейной жизни и правил поведения в семье не предполагается).

Замужество в среде учениц медресе и студенток исламских вузов официально происходит через сватовство, т.е. договариваются семьи жениха и невесты, молодые люди, как правило, знакомятся накануне свадьбы или же непосредственно в ее момент. Здесь стоит понимать, что сватовство в принципе в Дагестане большинством девушек не воспринимается как явление, ущемляющее их права и свободы. Оно скорее видится как быстрый и удобный способ устроить свою жизнь, раз уж замужество выступает наиболее приемлемым сценарием, и, к тому же, в этом случае молодым людям не приходится прикладывать усилий к поиску партнера – за них это делают родственники. А для последних все церемонии, связанные с женитьбой младшего поколения, являются способом коммуникации между собой и в чем-то даже смыслообразующими сюжетами.

Важна и информационная изоляция: если у «светских» девушек есть возможность знакомиться с молодыми людьми в реальности и общаться с ними в социальных сетях, то у учениц исламских вузов такого шанса нет даже теоретически, т.е. в этом случае не ощущается депривация – если сама девушка в любом случае не сможет сделать свой выбор, то делегирование выбора родственникам воспринимается спокойно.

Итак, если для мужчин исламское образование дает пусть и ограниченные, но возможности развития и построения карьеры, то в случае с девушками это даже не теологическое образование в полной мере. Единственным неоспоримым плюсом (и, кстати, вполне серьезным преимуществом) является хорошее знание арабского языка, который в принципе открывает возможности для дальнейшего образования или работы, скажем, в странах Ближнего Востока. Но если среди выпускников мужских отделений на зарубежные стажировки кто-то все же уезжал, то среди девушек таких случаев зафиксировано не было. Путь переводчика для них тоже фактически закрыт. То есть знание языка замыкается в самой системе исламского образования, где для женщин допустимо вести курсы или преподавать там же.

Подлинную мотивацию девушек, идущих в учебные заведения такого типа, определить непросто – для этого нужно проводить глубинные интервью наедине с ними и побывать включенным в их среду. Но на первый взгляд получается, что система исламского образования препятствует участию студентов в общественных процессах – не поощряется высказывание ими собственного мнения, недовольства сложившимся статус-кво и т.д. И девушек это касается в наибольшей степени. Похожие условия обучения и высокий уровень идеологизированности можно наблюдать в ортодоксальных духовных учебных заведениях и других религий. Однако с учетом растущего запроса на ислам в регионе и попытки властей использовать исламские вузы в борьбе против экстремизма, ситуация может привести к еще большему проседанию и без того многочисленных проблем ввиду недостатка квалифицированных кадров – в первую очередь «женских».

Photo: Scanpix